Данилка приговаривал все это и гладил щенка. Димка совсем растаял от нежданной ласки. Он совсем не привык к такому. Даже когда мама пыталась погладить его, Димка уворачивался, мотал головой, словно упрямый теленок. А теперь, вот поди ж ты... Что делает с человеком щенячья жизнь...
— Ты, может, голодный? — наконец догадался спросить Данилка о самом главном.
— А то... — ответил Димка. — Гр-гав... — в переводе на собачий.
— Ну, пошли ко мне. Да не бойся, дома никого нету, все на работе.
Заметив, что щенок нерешительно топчется у подъезда, сказал Данька. Открыл дверь, впустил Димку и вошел следом.
Глава четвертая
Забыв про магазин, Данилка занялся нежданным найденышем. Он гостеприимно впустил его в квартиру.
— Пошли на кухню. Сейчас в холодильнике посмотрю чего-нибудь.
Димка прошелся по скользким плиткам коридора, стуча коготками, и вошел в маленькую стандартную кухню. У него в квартире точно такая же. Негде повернуться. Но сейчас... Помещение показалось Димке огромным, хоть в футбол играй.
Данька открыл дверцу холодильника.
— Ты молоко будешь? Или котлету? О, ветчина вчерашняя. А я думал, съели уже. Повезло тебе. Иди сюда, ешь.
С этими словами Данилка положил на пол небольшую эмалированную миску, покрошил в нее котлету и бросил кусок ветчины. А заодно и себе соорудил бутерброд — чтобы Димке не скучно было обедать в одиночку.
Димка жадно припал к миске. Больничная курочка давным-давно растворилась в его желудке и Димка глотал куски, почти не прожевывая.
Наконец он сытно отвалился от миски и разлегся на полу, с благодарностью взирая на все еще жующего Даньку.